Женщины Поля Гогена. Выставка.

Женщины Поля Гогена

В первый раз он приехал на Таити жить - Франция ему опостылела.
Во второй раз Гоген приехал сюда, чтобы умереть...

Темпераментного живописца больше всего влекли женщины. Вечерами Поль отправлялся на туземный «бал» в столичном парке, где играл духовой оркестр. Вот описание, оставленное современником: «Всюду видишь группы островитянок в длинных белых платьях, с густыми распущенными черными волосами, темными глазами и зовущими чувственными губами. У каждой в черных волосах — великолепная белая гардения; они удобно устраиваются на циновках, обмахиваются веерами и курят длинные канакские сигареты. Чуть видимые в полутьме, которая так располагает к флирту и интимной беседе, они принимают комплименты, хвалу и шутливые реплики мужчин с восхитительным обаянием, присущим этим жительницам тропиков, таким пикантным, благодаря их безнравственности, невероятно смелому языку и необузданной жизнерадостности». >

Поль Гоген. Таитянские женщины на побережье

Таитянские женщины на побережье. 1891.
Париж. Музей Д' Орсэ.

По словам французского писателя Дефонтена, «угодить на них невозможно, им всегда не хватает денег, как бы щедры вы ни были… Думать о завтрашнем дне и испытывать благодарность — и то, и другое одинаково чуждо таитянкам. Они живут лишь настоящим, о будущем не помышляют, прошлого не помнят. Самый нежный, самый преданный любовник забыт, едва ступил за порог, забыт буквально на следующий же день. Главное для них — опьянять себя песнями, танцами, алкоголем и любовью»…

Парау Парау - Беседа. 1891.
Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж.

Надпись, сделанная художником на холсте, переводится с языка островитян как "слова, слова" или "сплетни". Сидящие кружком женщины заняты беседой, но будничность сюжета не мешает ощущению таинственности происходящего. Художник не столько изображает конкретную реальность, сколько создает образ вечного мира с неизменным течением жизни. Экзотика таитянской природы - органичная часть этого мира.

Надо отдать справедливость Гогену — он не мучился подобными мыслями, не влюблялся, не переживал и не требовал от таитянских дам того, чего они, по определению, не могли дать. Не сумев поселиться под небом Полинезии с любимой женой, Поль, как умел, до конца своих дней утешался любовью телесной. На острове, где издревле сексуальная свобода была полной и безграничной, где солдаты и торговцы из Европы давали деньги за то, что «таитянки в своей родной деревне безвозмездно дарили любому неженатому мужчине», оставалось только ткнуть пальцем в подходящий «товар» и уплатить договорную цену тем, кто считался опекунами данной вахины.

Её зовут Вайраумати. 1892.
Москва. Государственный музей изобразительных искусств им. А.С.Пушкина.

Он был счастлив: ему легко работалось, в хижине ждала шестнадцатилетняя Техура, девушка с продолговатым смуглым лицом и волнистыми волосами - родители взяли за нее совсем недорого. По ночам в хижине тлел ночник - Техура боялась ждущих своего часа призраков; утром он приносил воду из колодца, поливал огород и вставал к мольберту. Такая жизнь могла бы продолжаться вечно...

Однажды Техура рассказала Гогену о тайном обществе, которое пользовалось исключительным влиянием на островах,- обществе Ареои. Ареои считали себя адептами бога Оро. Гогена охватила идея написать картину на сюжет из легенды о боге Оро. Картину Гоген назвал "Её зовут Вайраумати".

Вайраумати восседает на ложе любви, устланном роскошными тканями, а на низком столике у её ног лежат свежие плоды - угощение для возлюбленного. За её спиной стоит Оро в красной набедренной повязке. В глубине картины - два идола,- придуманный Гогеном таитянский рельеф, олицетворяющий любовь.

Поль Гоген. Тапераа Махана - Ранний вечер

Тапераа Махана - Ранний вечер. 1892.
Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж.

Женщины, усевшиеся поболтать в тени деревьев - деталь, отражающая особенности деревенской жизни на Таити: деревня просыпается после дневного зноя. В этой детали художник видел характерное воплощение замедленного ритма океанистской жизни. Таитянки Гогена неотделимы от природы, на фоне которой они представлены. Идущие женщины символизируют смену двух эпох на Таити: две таитянки справа приоделись в платья, представляющие собой курьезную смесь таитянской и европейской моды; третья таитянка, направляющаяся к хижине, одета в традиционную юбку. На первый взгляд, это чисто жанровая композиция, сотканная из различных подробностей повседневной жизни. Однако все ее детали не несут ощутимой жанровой занимательности. Главный акцент делается не на повествовательных соблазнах сюжета, а на суггестивной, внушающей силе чистого цвета.

Поль Гоген. Манао Тупапау – Дух мертвых бодрствует

Манао Тупапау – Дух мертвых бодрствует. 1892.
Буффало. Художественная галерея Олбрайт-Нокс.

Название "Манао Тупапау" имеет два значения: "она думает о привидении" или "привидение думает о ней". Поводом к написанию полотна послужил случай, когда Гоген, уехав по делам в Папеэте, вернулся поздно ночью. К тому времени масло в лампе исчерпалось, и дом был окутан мраком. Поль чиркнул спичкой и увидел: юная девочка-женщина, оцепенев от ужаса, дрожит, вцепившись в кровать. Туземцы очень боялись привидений и в своих хижинах всю ночь не гасили свет...

Гоген заносит этот эпизод в свою записную книжку - и прозаически добавляет: «А вообще, это просто обнаженная натура из Полинезии». Художник в нем всегда сильнее, чем любовник или мыслитель…

В рукописи "Choses Diverses" есть отрывок под заглавием "Рождение картины": "Манао тупапау" - "Дух мертвых бодрствует". "...Молодая канакская девушка лежит на животе, открывая одну сторону лица, искаженного испугом. Она отдыхает на ложе, убранном синим "парео" и желтой простыней, написанной светлым хромом. Фиолетово-пурпуровый фон усеян цветами, похожими на электрические искры, у ложа стоит несколько странная фигура. Я был увлечен формой и движениями; рисуя их, я не имел никакой другой заботы, как дать обнаженное тело. Это не более как этюд обнаженного тела, немного нескромный, и тем не менее я хотел создать из него целомудренную картину, передающую дух канакского народа, его характер и традиции.
Канак в своей жизни интимно связан с "парео"; я им воспользовался как покрывалом постели. Простыня из материи древесной коры должна быть желтой, потому что этот цвет возбуждает у зрителей предчувствие чего-то неожиданного, потому что он создает впечатление света лампы, что избавляет меня от необходимости вводить настоящую лампу. Мне нужен фон, несколько пугающий. Фиолетовый цвет вполне подходит.

Таитянские пасторали. 1892.
Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж.

В картине, исполненной художником на острове Таити, воплощена идиллия естественной "первобытной" жизни. На поиски этой гармонии мира Гоген и отправился в Полинезию.

Романтическая мечта соединилась с впечатлениями от экзотической природы, своеобразного облика островитян и их естественной грации, таинственных верований и обычаев. Одна из девушек-таитянок играет на флейте. Эту музыку туземцы посвящали богине Луны - Хине. В картине передан вечерний час, когда с заходом солнца начиналось время ритуальных танцев и музыки в честь Хины. Рядом с собакой - вероятно, сосуд для жертвоприношений (мелких птиц и т.п.), выдолбленный из тыквы.

Живописный строй картины - сочетания чистых красок, ритм линий и цветовых массивов - созвучен музыкальной теме.

Пити Тиена - Две сестры. 1892.
Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж.

Две таитянки, девочки, сестры - пожалуй, лучшие образы детей в гогеновской живописи, навеянные, возможно, воспоминанием о собственной младшей дочери. Загадочно-условный пейзажный фон этого полотна контрастирует с целостным силуэтом детских фигур. Благородная простота и монументальность соединились здесь с деликатностью и даже беззащитностью, свойственной детству. Глядя на эту картину, невольно вспоминаешь высказывание Гогена о "женщинах-девочках", у которых в глазах, пронзительных и чистых, в удивительной неподвижности есть нечто древнее, возвышенное, религиозное.

Поль Гоген. Эа хаэре иа оэ - Куда идешь?.

Эа хаэре иа оэ - Куда идешь? (Женщина, держащая плод). 1893.
Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж.

Картина была исполнена в Полинезии, куда художника привела романтическая мечта о естественной гармонии жизни. Экзотический, полный таинственности мир, не похожий на Европу. Впечатления от ярких красок и буйной растительности Океании, от облика и быта таитян стали для живописца источником вдохновения.

В обыденном эпизоде из жизни островитян художник видит воплощение вечного ритма жизни, согласия человека и природы. Стоящая на первом плане таитянка с плодом в руке - Ева этого туземного рая.

Отказавшись от правил традиционной живописи, а затем и от импрессионистической манеры, мастер создал собственный стиль. Уплощенность пространства, ритмические повторы линий, форм и цветовых пятен, чистые краски, положенные крупными массивами, создают повышенный декоративный эффект.

Название картины на языке племени маори, в среде которого жил Гоген на Таити , "Eu haere ia oe" -переводится как формула таитянского приветствия "Куда идешь?". Простой мотив приобретает почти ритуальную торжественность - тыква, в которой носили воду, становится символическим атрибутом Евы таитянского рая. Художник свободно объединяет на плоскости богатые ритмические мотивы, изысканные краски вносят в картину ощущение солнечного света, который материализуется в медно-смуглом теле таитянки, в ее огненно- красном парео.

Болезнь и нищета заставили Гогена в 1893 вернуться в Париж. Двумя годами позже он вновь приехал на Таити. Работы Гогена второго таитянского периода сходны с декоративными фризовыми композициями.

Женщина с острова Ява. 1893.

Поль Гоген. Наве наве моэ - Чудесный источник

Наве наве моэ - Чудесный источник. 1894.
Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж.

Картина была создана в Париже, после первого путешествия Гогена в Полинезию. Экзотический мир Океании пленил художника согласием природы и человека, сохранившего первобытную естественность. В произведении воплотились и воспоминания о Таити и романтическая мечта о гармонии всего сущего.

Образы таитянок символизируют различные стадии жизни. Юная островитянка с сиянием над головой, погруженная в сон, - воплощение девственной чистоты. Вторая девушка с плодом в руке готова вкусить от него, подобно Еве. В глубине пейзажа туземки пляшут вокруг идола - таинственного древнего божества.

Исполнено полотно в характерном стиле мастера - чистыми красками, положенными обобщенными плоскими пятнами, которые, как и линии, подчинены единому ритму.

Над берегом поднималась изумрудно-зеленая гора, синее небо опрокидывалось в голубую воду лагуны, но одетые в одинаковые белые костюмы пассажиры "Австралийца" видели лишь убогий, похожий на груду разбросанных по песку фанерных ящиков городок. Они приехали сюда для того, чтобы сколотить состояние или сделать карьеру, а человек, которому была открыта эта красота, приплыл на Таити умирать.

Младенец (Рождество). 1896.

Сцена из жизни таитян. 1896.

Картина была написана в Полинезии, куда Гогена привела мечта о первозданном мире.

Некий эпизод из жизни островитян исполнен таинственности. Возможно, что его участники следят за каким-то религиозным действием, оставшимся за пределами изображения. Вечерний час - это время священных ритуалов. Художник, изучавший древние культы туземцев, часто вводил в свои произведения мотивы и символы, связанные с верованиями маори. Позы некоторых персонажей напоминают фигуры с фриза Парфенона. Ощущая общность древних культур, мастер обращался к египетским и античным памятникам.

Образ изначальной естественной жизни живописец воссоздал в своей индивидуальной манере. Обобщённые пятна звучного цвета, уплощенность пространства, ритмические повторы линий создают великолепный декоративный эффект.

Жена короля. 1896.
Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж.

Картина "Жена короля" написана Гогеном в период его второго пребывания на Таити. Таитянская Ева с красным веером за головой, знаком королевского рода, возле которой старцы ведут разговор о древе познания, изображена в позе, заставляющей вспомнить о "Венере Урбинской" Тициана и "Олимпии" Эдуарда Мане. Крадущийся по склону зверь с горящими глазами, воплощает загадку, скрытую в образе женщины. Ведущую роль в картине играет цвет, который Гоген трактует обобщенно, декоративно. В письме к своему другу Даниэлю де Монфреду художник писал: "...Мне кажется, что по цвету я еще никогда не создавал ни одной вещи с такой сильной торжественной звучностью".

В 1898, почти лишенной средств к существованию, в полном отчаянии, Гоген пытался покончить с собой.

Поль Гоген. Те авае но Мариа - Месяц Марии

Те авае но Мариа - Месяц Марии. 1899.
Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж.

Картина была написана в Полинезии, в последние годы жизни Гогена, прошедшие на острове Таити.

Главная тема произведения - цветение весенней природы. В дохристианской Европе на начало мая приходились языческие праздники, посвященные ее пробуждению. В католической церкви майские службы связаны с культом девы Марии.

Естественные ритмы жизни воплощены на полотне в гармонии линий и красок, рожденной впечатлениями художника от экзотического мира Океании и от древних восточных культур. Желтый цвет - особенно значимый в восточном искусстве. Поза женщины напоминает фигуру с рельефа храма на острове Ява, а ее белое одеяние - символ чистоты и у христиан, и у таитян. Воображение художника, соединив разные религиозные представления и верования, создало образ первозданной жизни.

Поль Гоген. Женщины на берегу моря (материнство)

Женщины на берегу моря (материнство). 1899.
Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж.

Картина была написана художником в последние годы жизни на острове Таити. В экзотический мир Океании, жизнь в котором сохраняет естественное течение, Гоген уходит от европейской цивилизации.

Тема материнства не раз возникала в полинезийский период творчества мастера. Появление данного произведения связано с конкретным событием: таитянская возлюбленная художника, Пахура, родила ему в 1899 г. сына.

Реальная сцена обретает черты священного ритуала. Композиция напоминает традиционные в европейской религиозной живописи сцены поклонения младенцу. Особенно значительной кажется центральная фигура женщины с цветами в молитвенно сложенных руках. Декоративный эффект создают ритмически организованные массивы цвета и повторы контуров, характерные для индивидуальной манеры Гогена.

Три таитянки на желтом фоне. 1899.
Санкт-Петербург. Государственный Эрмитаж.

Картина были написана в Полинезии, где прошли последние годы жизни Гогена. Воображение художника, соединившее впечатления от Таити и от древних культур, создавало загадочные, насыщенные символами образы экзотического мира. Эти образы не всегда поддаются расшифровке.

Возможно, и в данном произведении есть неразгаданный символический смысл. В то же время - это декоративная картина, в которой достигнута гармония цветовых пятен и ритмичных линий. В позах женщин - особая грация и пластика. Центральная из туземок напоминает фигуру, изображенную на рельефе храма Боробудур на острове Ява. Мир "дикарей" сохраняет ту естественную гармонию, которую утратила цивилизованная Европа.

Использованы материалы:
Жан Перье, журнал "КАРАВАН ИСТОРИЙ", январь 2000.
Цифровая коллекция Государственного Эрмитажа (Санкт-Петербург).

Вы можете купить элитные подарки в магазине Luxpodarki.ru.